+7 (978)768-25-57
299011, г. Севастополь, ул. Балаклавская 8, оф. 13
Тайны Максимовой дачи
26.07.2017

Тайны Максимовой дачи

26.07.2017

       В конце XIX века в районе Хомутовой балки предприниматель Алексей Андреевич Максимов создает великолепный парк в лучших традициях Европы. Это был великолепный проект! С помощью талантливого архитектора Валентина Фельдмана, Максимову удалось создать настоящую природную  жемчужину. В те годы в окрестностях Севастополя практически не было зеленых насаждений. Город в основном окружала степь, неприглядная каменистая целина, поросшая ковылем. Архитектура парка содержала невероятно сложные гидросистемы под землей,  прекрасные фонтаны и пруды на поверхности и  была органично вписана в окружающий ландшафт.

       В июне  1901 года Алексей Андреевич был избран на пост градоначальника Севастополя. Революционные события, отставка, слухи и сплетни недоброжелателей, угроза высылки и конфискации имущества привели к тому, что  в  1908 году Максимов кончает жизнь самоубийством.  Город был потрясен! Очевидцы пишут, что никогда еще похороны в городе не собирали столько народа! Все вышли проводить человека, которого глубоко уважали и любили. Вскоре и семья Максимовых была вытеснена из своего гнезда. Над поместьем стала витать дурная слава, и до сих пор многие авторы говорят о «проклятии» Максимовой дачи. Да и не мудрено.  

       В 20-е годы почему-то это чудесное место выбрали для массовых казней. Вот что пишет по этому поводу исследователь этого места, писатель  А.М.Чикин:
     «Тут были массовые расстрелы белогвардейцев и жителей Севастополя. В парке расстреливали офицеров и зажиточных севастопольцев. Расстреливали из пулеметов. Это были страшные дни, недели, месяцы…»

       А затем грянула Великая Отечественная война.

     В конце 1941 — начале 1942 года Максимова дача находилась в зоне тылового рубежа СОР. В сентябре 1941 года на ее территории приступил к работе военно-морской госпиталь 2-го разряда. В конце 1941 года в усадьбе расположились редакция и типография газеты Приморской армии «За Родину». В одном из помещений дома Максимова действовал пункт круглосуточного приема сообщений Совинформбюро. Соседство с Максимовой дачей морских батарей стало причиной нанесения по району Хомутовой балки бомбовых и артиллерийских ударов. Они причинили парку и усадьбе большие повреждения. До сих пор видны следы воронок от бомб. Но, несмотря на участившиеся в мае 1942 года бомбежки Севастополя, помещения дома Максимова и здание бывшего санатория постоянно занимали госпитали и медсанбаты Черноморского флота.

       Под конец обороны Севастополя Максимова дача находилась во втором секторе, который имел линию фронта 12 километров. Жители Максимовой дачи со страхом прислушивались к канонаде, которая громыхала целые сутки. Бомбежки и артобстрелы стали беспрерывными. Раненые, медицинский персонал вынуждены были постоянно находиться в штольнях и  нехитрых бомбоубежищах парка. 29 июня немцы захватили Максимову дачу. На следующий день по приказу немецкого командования местные жители, прятавшиеся в штольне напротив корпуса бывшего санатория,  построились во внутреннем дворе усадьбы. Немцы разделили их на две группы. Женщин с детьми отвели в сторону, а мужчин заставили собирать в парке убитых бойцов и хоронить в братской могиле… Обнаружив раненых солдат, немцы отправляли их в общую колонну военнопленных, которая несколько дней двигалась со стороны  35-й батареи в сторону города. Моряков, как правило, расстреливали на месте.

       Сегодня никто не может сказать, сколько безымянных захоронений наших солдат и командиров разбросано по урочищу. После второй обороны Севастополя Максимова дача стала настоящим пантеоном.

       До сих пор в этой земле покоятся останки жертв  гражданской войны и павших за эту многострадальную землю в период Великой Отечественной. Это уникальное место, где волей судеб Отечества пересеклись одни из самых трагических страниц нашей непростой истории.

       И волей или неволей нам приходится листать эти страницы…

    В середине 80-х годов прошлого столетия состояние Максимовой дачи привлекло, наконец, внимание властей города. Решением Севастопольского исполкома горсовета от 17 июня 1985 года №10/461 она объявлена памятником архитектуры местного значения. Но никаких мер по сохранению и благоустройству памятника так и не предпринималось.

       В наши дни природоохранный статус парка-усадьбы стал выше. Теперь это «особо охраняемая природная территория».  В парке даже осуществлена попытка подсадки реликтовых пород деревьев и кустарников. Правда, странным способом: в июле, в самую жару были привезены многолетние фисташки и можжевельники  с других мест окрестностей Севастополя.  На стволах фисташек – глубокие порезы от троса, которым их тянули. А можжевеловые кусты выглядели так, как будто побывали под колесами машин.

       В одной из подготовленных для деревьев ям показались человеческие останки. На место находки были приглашены поисковики севастопольского объединения «Долг». Почти неделя работы на раскопе дала результат – из каменистой земли Максимовой дачи были подняты останки 37-и бойцов. Вместе с останками обнаружены пуговицы военно-морской формы и нижнего белья, гильзы патронов, монеты советского периода. В костных останках видны металлические осколки, что говорит о боевом ранении. У большинства бойцов пулевые отверстия в лобной, височной, теменной частях головы. Скорее всего, фашисты, занявшие Максимову дачу, достреливали раненых бойцов. У одного из них руки были связаны проволокой.

       Останки были хаотично сложены в две большие ямы, возможно, воронки. Скорее всего, именно в эти ямы и складывали убитых бойцов местные жители по приказу немецких солдат. Этот факт и описывает в своей книге А. М. Чикин. Здесь же, в большом количестве  были обнаружены фрагменты медицинских инструментов, шприцов, ампул с лекарствами, шин, индивидуальных медицинских пакетов, трубок от внутривенных систем, стекол для анализов крови, ампутированные конечности. И не удивительно. Ведь медсанбат  и 40-й госпиталь работали в дни обороны города день и ночь…

       С большим трудом удалось прочитать вкладыши двух поднятых поисковиками солдатских медальонов. Один  полностью сохранил сведения о бойце: Коваленко Павел Петрович, 1920 г. р., краснофлотец, уроженец  Днепропетровской области. А на другом читаются только отдельные буквы.

       Вот и приоткрылась одна из печальных тайн Максимовой дачи. Поисковики готовы продолжать работу по поиску останков защитников Севастополя. Но представители «Севприроднадзора» - категорически против. Предложенный нами Договор о сотрудничестве остался без ответа. Вызывало сильное раздражение присутствие поисковиков и у казаков, охранявших парк.

       Кстати, посаженные на наших глазах деревья, скорее всего,  погибли. Вот и еще один повод говорить о «проклятии» Максимовой дачи. А может и не причем здесь мистическое начало  этого красивейшего природного уголка, а дело в людях, с их ошибками, преступлениями и безразличием к собственной истории?

Председатель РОО СОПО «Долг», Марина Гавриленко.

Фото из архива РОО СОПО «Долг». Июль 2017 г.

  

 

 

Добавить комментарий
Необходимо согласие на обработку персональных данных